Есть проекты, которые отслеживают эти процессы, и они заслуживают внимания. Например, по информации ЮНЕСКО (World Atlas of Languages), 40 процентов языков в мире находятся под угрозой исчезновения. А по методологии крупной базы данных Ethnologue, почти каждый второй живой язык считается исчезающим.

Казахскому по этим методикам присвоен высокий уровень жизнеспособности, но всё же есть нюансы, которые стоит учитывать. Редакция Tengrinews.kz решила исследовать эту важную тему и разобраться, почему языки исчезают, какую роль в этом играют технологии, как это меняет человечество и какие вызовы нужно учитывать для развития нашего государственного языка.

Когда язык считается исчезающим

Существует немало авторитетных организаций, которые документируют состояние различных языков по всему миру. Однако все они используют разные методологии.

Например, World Atlas of Languages ЮНЕСКО ведёт учёт как устных, так и жестовых языков. При этом в атласе ЮНЕСКО упоминаются и уже вышедшие из употребления языки.

В свою очередь крупнейшая мировая база данных о языках Ethnologue учитывает исключительно живые языки. Но давайте разберёмся со всем по порядку.

World Atlas of Languages

Долгое время ЮНЕСКО вела "Интерактивный атлас исчезающих языков мира", однако не так давно организация поменяла методологию и больше не делит их только по критериям "под угрозой" или "не под угрозой".

Вместо этого используется многомерная оценка, учитывающая около 35 параметров и два ключевых индикатора — доминирование (dominance) и жизнеспособность (endangerment).

Справка: ЮНЕСКО — специализированное учреждение Организации Объединённых Наций по вопросам образования, науки и культуры. Оно было создано в 1945 году и занимается сохранением культурного и природного наследия, развитием образования, поддержкой научного сотрудничества, защитой свободы слова и продвижением культурного разнообразия.

Для оценки угрозы языку они используют такой критерий: передаётся ли он следующим поколениям.

Именно межпоколенческая передача рассматривается как основа жизнеспособности языка.

Так вот, согласно World Atlas of Languages от ЮНЕСКО, в мире задокументировано 8 324 языка, около 7 000 из них продолжают использоваться сегодня. И лишь 351 язык применяется в качестве языка обучения.

При этом каждые две недели исчезает один язык и около 40 процентов языков находятся под угрозой исчезновения.

Согласно аналитической записке Global Education Monitoring Report от ЮНЕСКО за 2025 год, 40 процентов учащихся во всём мире не получали образование на родном языке. В странах с низким и средним уровнем дохода этот показатель может достигать 90 процентов.

По данным исследователей, в общей сложности эта проблема затрагивает более четверти миллиарда учащихся, что создаёт серьёзные препятствия для развития грамотности и успешного обучения.

Ethnologue

База данных Ethnologue содержит пять миллионов единиц данных по 7 170 языкам, собираемых и обновляемых при участии 2 500 экспертов. Их исследователи отмечают, что сегодня языковое разнообразие в мире переживает очень уязвимый период.

На 2026 год Ethnologue насчитывает 3 226 языков под угрозой исчезновения ― это 44,6 процента, причём многие из них имеют меньше 1 000 носителей.

Таким образом, почти каждый второй живой язык уже считается исчезающим.

Эксперты этого проекта считают 48,62 процента языков стабильными и только 6,77 процента имеющими наименьший риск исчезновения.

Язык считается стабильным, если все дети в сообществе продолжают его осваивать и использовать. Если эта ситуация изменится, стабильный язык также может перейти в категорию исчезающих.

В то же время 20 крупнейших языков мира являются родными более чем для 3,7 миллиарда человек. Это всего лишь 0,3 процента всех языков мира, однако на них говорит почти половина населения планеты.

Скриншот интерактивной карты языков от Ethnologue

Причины и последствия исчезновения языков

В свою очередь исследователи из The Endangered Languages Project (ELP) также считают, что около 3 300 языков в мире находятся под угрозой исчезновения, из них 437 относятся к категории критически исчезающих.

По данным учёных, за последние 50 лет исчезло более 400 языков.

В ELP предлагают не рассматривать исчезновение языков исключительно как лингвистическую проблему. По их мнению, это не стихийное явление, а социальный процесс с конкретными историческими и политическими причинами.

"Язык редко оказывается под угрозой в благополучном сообществе: обычно его исчезновение связано с более широкими социальными потрясениями, несправедливостью или нарушением прав человека", ― считают в The Endangered Languages Project.

Также исследователи ELP подчёркивают, что при исчезновении того или иного языка также исчезает культурная идентичность людей, историческая память народа, мировоззрение сообщества, а также знания о природе и традиционные практики.

Давайте также посмотрим, какие языки чувствуют себя хорошо.

Уже более 15 лет Ethnologue публикует список из 200 крупнейших языков мира ― более 88 процентов населения Земли используют один из них как родной, а ещё сотни миллионов человек владеют им как вторым языком. Поэтому рейтинг учитывает оба показателя и отражает общее число пользователей языка во всём мире.

Так, согласно данным Ethnologue, английский язык используют 1,5 миллиарда людей, китайский (мандаринский) ― 1,2 миллиарда, хинди — 611,2 миллиона человек, а испанский ― 561,3 миллиона.

При этом литературным арабским владеют 334,9 миллиона людей, а русским ― 210,3 миллиона.

Все 10 самых распространённых на 2026 год языков представлены на интерактивной инфографике от Ethnologue ниже:

Как дела у казахского языка

Чтобы разобраться, как ощущает себя казахский язык в современном мире, стоит обратиться к данным, собранным на переписи населения 2021 года:

13 768 406 человек ответили, что понимают устную казахскую речь;

13 750 439 человек — что свободно читают на казахском;

12 670 407 человек — что свободно на нём говорят;

7 380 900 человек — что свободно пишут на казахском языке.

По результатам той же переписи в стране проживало 19 169 550 человек, то есть казахским владело 71,82 процента из них.

При этом среди городского населения тогда устную казахскую речь понимали 8 020 249 человек (41,84 процента населения страны) и свободно писали на казахском 4 007 317 человек (20,90 процента).

А среди сельского населения, по данным переписи 2021-го, устную казахскую речь понимали 5 748 157 человек (29,99 процента населения страны), свободно писали — 3 373 583 человек (17,60 процента).

В базе Ethnologue казахскому присвоена категория Institutional — это самый высокий уровень жизнеспособности в их классификации EGIDS (Expanded Graded Intergenerational Disruption Scale).

Это означает, что язык:

активно передаётся от поколения к поколению;

используется в государственном управлении;

применяется в образовании;

присутствует в СМИ;

используется в общественной жизни.

Иными словами, казахский язык не находится под угрозой исчезновения.

Кроме того, в разделе "Digital Language Support" Ethnologue оценивает цифровую поддержку казахского как высокую.

Это означает, что язык широко представлен в цифровой среде: существуют клавиатуры, шрифты, локализации, электронные ресурсы, сайты и другие цифровые сервисы.

Какие языки в Казахстане находятся под угрозой исчезновения

Гульмира Султанбаева ― доктор политических наук, эксперт Qazaq Expert Club в области массовых коммуникаций и политологии ― поделилась с редакцией Tengrinews.kz своим видением лингвистической ситуации в Казахстане. По её мнению, проблема исчезновения языков актуальна для нашей страны, однако не для казахского, так как он государственный и демографически растёт.

"Одним из исчезающих языков в Казахстане является дунганский. По оценке Ethnologue, это один из самых уязвимых тюрко-синитских языков региона. Основная масса носителей (около 40 тысяч человек) сосредоточена в Кыргызстане. В Казахстане общность меньше и рассредоточена. Илийский тюркский (или-тюрки) — язык, который лингвисты фиксируют как практически исчезнувший на территории Казахстана: его носители в современных условиях перешли на казахский или уйгурский. Онгкорский солонский язык, по данным Атласа ЮНЕСКО, зафиксирован как вымерший ещё в 1990-х на территории бывшего Джунгарского ареала (историческая зона расселения на границе с Синьцзяном)", ― объясняет Султанбаева.

Справка: Дунганский язык — язык дунган Центральной Азии, распространённый главным образом в Казахстане и Кыргызстане. Относится не к тюркским, а к синитской ветви сино-тибетской языковой семьи и сформировался на основе северо-западных диалектов китайского языка. Современный дунганский использует кириллицу и испытал заметное влияние русского и тюркских языков. Илийский тюркский язык, или или-тюрки, — малочисленный тюркский язык карлукской группы, распространённый прежде всего в долине реки Или в Синьцзяне, а также среди отдельных семей в Казахстане. Близок к уйгурскому и узбекскому. Число носителей крайне невелико, молодые поколения переходят на казахский или уйгурский, поэтому язык считается практически исчезающим. Онгкорский солонский язык, также называемый джунгарским вариантом эвенкийского, относится к тунгусо-маньчжурским языкам. На нём говорили потомки солонов, переселённых в XVIII веке в район Джунгарии и Илийской долины на территории современного Синьцзяна.

Также, по мнению эксперта, к этому списку примыкают языки небольших диаспор без системы образования на родном языке: часть говоров российских немцев, отдельные говоры малых тюркских и иранских групп.

Общий фактор риска ― не физическое вымирание народа, а прекращение бытового использования языка в семье на фоне урбанизации и смешанных браков.

"Большая часть дунганской общины исторически находится в Кыргызстане, а казахстанская часть меньше и более урбанизирована. Формальный статус в базе не всегда учитывает локальную устойчивость: в компактных сельских поселениях (например, в Жамбылской области) язык может активно передаваться в быту, тогда как в городах происходит быстрый языковой сдвиг в пользу русского или казахского. То есть глобальная оценка справедлива как тренд, но плохо показывает неоднородность ситуации внутри страны. Нужны отдельные социолингвистические полевые данные по Казахстану, а их пока немного", ― рассуждает Гульмира Султанбаева.

На карте Ethnologue дунганский отмечен как исчезающий язык. Скриншот с сайта Ethnologue.com

При этом Султанбаева отдельно подчёркивает: языковое разнообразие ― это не угроза, а богатство страны, основа внутренней стабильности и мягкой силы страны. Оно снижает межэтническую напряжённость и работает на международный имидж Казахстана как государства, соблюдающего права меньшинств.

В Комитете языковой политики Министерства науки и высшего образования придерживаются похожего мнения. В ответе на запрос Tengrinews.kz там отмечают, что создание условий для изучения гражданами родных языков и сохранения культурного наследия не ослабляет положение казахского.

"Напротив, это повышает доверие к языковой политике и делает её более справедливой и устойчивой. Языковое разнообразие представляет собой культурный капитал государства. В каждом языке сохраняются исторический опыт, мировоззрение, семейная память и традиционные знания определённого сообщества. Однако поддержка этнических языков не должна означать их использование вместо государственного языка. Она должна осуществляться наряду с владением казахским языком как общим языком страны", ― говорится в ответе комитета на наш запрос.

Чиновники заверяют, что при чётком определении ведущей роли казахского многоязычие становится важным ресурсом общественной стабильности. При этом ключевой вопрос заключается не в формальном сосуществовании языков, а в правильном определении их функциональных ролей.

"Казахский язык должен стать объединяющим языком всего общества, а сохранение других языков следует обеспечивать как реализацию культурных прав граждан", ― считают в Комитете языковой политики.

В чём сила казахского языка и какие вызовы перед ним стоят

Что касается положения и развития казахского — Гульмира Султанбаева соглашается с оценками мировых исследователей: как язык с растущей демографией и статусом государственного он не находится под угрозой вымирания и очень жизнеспособен.

Но долгосрочные структурные вызовы есть. Главный из них: разрыв "знание ― повседневное активное использование".

"По данным переписи 2021 года, доля владеющих казахским языком выросла с примерно 65 процентов в 2009 году до 80–92 процентов (в зависимости от методологии подсчёта). Но повседневно на казахском в быту говорят заметно меньше. Максимальная доля использующих казахский в повседневной жизни (58–68 процентов) наблюдается на юге и западе Казахстана, тогда как в северных и центральных регионах этот показатель составляет лишь 16–37 процентов", ― анализирует статистику Султанбаева.

И также обращает внимание на региональную и этническую неоднородность ― из всех этносов страны в большинстве используют казахский язык в повседневной жизни только сами казахи (63 процента), у славянских этносов и немцев этот показатель составляет лишь 5–9 процентов.

"Формальное владение языком (умение читать / писать / понимать) растёт быстрее, чем активное бытовое использование. По оценкам исследователей, государственным языком сегодня владеет около 80 процентов населения страны против ~65 процентов в 2009 году, однако ежедневно говорят на нём дома лишь около половины городских жителей и 59 процентов сельских. Это типичная стадия, которую социолингвисты называют "языком компетенции без языка практики". И именно она определяет, перейдёт ли рост показателей владения в реальное укрепление языка в следующих поколениях", ― заявляет Гульмира Султанбаева.

В Комитете по языковой политике подтверждают, что одна из главных социолингвистических проблем современного Казахстана выражена в таких понятиях, как "знаю язык" и "использую его в повседневной жизни".

"Согласно социологическим и аналитическим исследованиям по вопросам языковой политики в Республике Казахстан, проведённым в 2025 году, доля населения, владеющего государственным языком, составила 82 процента, из них 51 процент респондентов используют государственный язык в повседневной жизни. Вместе с тем наблюдается ежегодный рост населения, использующего государственный язык. По результатам аналогичных исследований 2023 года данный показатель составил 49,7 процента", ― заявили в Комитете.

Чиновники из Миннауки объясняют, что знание языка предполагает способность понимать, читать, писать или говорить на нём. Использование языка означает реализацию этих навыков в реальной социальной среде.

Например, человек может знать казахский, но на работе, при получении услуг или использовании цифровых сервисов постоянно переходить на другой язык.

"Поэтому данную проблему нельзя объяснять только личным выбором граждан. Если в банковской системе, медицине, бизнесе, науке, государственных учреждениях и технологиях нет реальной возможности или необходимости использовать казахский язык, приобретённая языковая компетенция остаётся пассивной", ― считают в Комитете по языковой политике.

К этому в ведомстве добавляют, что вопросы дальнейшего укрепления роли казахского во всех сферах общественной жизни и формирования устойчивой социальной потребности в его использовании были отражены в Концепции развития языковой политики и реализуются через неё.

В свою очередь, эксперт Султанбаева, исследуя развитие казахского в интернете, заметила два параллельных процесса, которые имеют как положительный эффект, так и несут риски.

Если говорить про плюсы, то Казахстан системно инвестирует в цифровизацию языка.

"Разрабатывается национальная большая языковая модель KazLLM, охватывающая казахский, русский, английский и турецкий языки, с обучающим корпусом более 150 миллиардов токенов из казахских сайтов, СМИ и онлайн-библиотек. Параллельно Министерство науки и высшего образования формирует Национальный словарный фонд — единую цифровую базу лексики для адаптации языка к ИИ и автоматизации обработки текста. На площадке AlemAI планируется расширение языкового фонда для обучения нейросетей на казахском", ― перечисляет Султанбаева.

А если говорить про риски, то качество и объём казахскоязычного цифрового контента пока уступает русско- и англоязычному, а значит, обучающие корпусы ИИ рискуют закреплять существующий перекос. Модели "знают" и будут "знать" казахский хуже, чем доминирующие языки, если целенаправленно не наращивать корпус.

"Автоматический перевод и генеративные тексты могут распространять неточную грамматику или искусственно упрощённую лексику, если их не контролируют лингвисты. Цифровое неравенство "город — село" способно усиливать разрыв в доступе к качественным сервисам на казахском. Иными словами, технологии — это не автоматическая гарантия усиления языка, а инструмент, который либо помогает при системных вложениях, либо консервирует существующее отставание при их отсутствии", ― предупреждает Гульмира Султанбаева.

Справка: по данным Комитета языковой политики, в Telegram, YouTube и других сервисах используют в основном казахский 20,4 процента населения, в Instagram, WhatsApp, TikTok — 23,9 процента. Вместе с тем 79 процентов респондентов изучают казахский язык самостоятельно посредством ІТ-проектов. Популярность таких сервисов составила 21 процент по сравнению с прошлым годом, что на 3,3 процента выше, чем в 2024-м (17,7 процента). Среди ІТ-проектов и сайтов обозначены Soyle, "Казахский для начинающих", Audiokitap, Qazaq App, Qazaq by Example, Tilqural.kz, Kaz-tili.kz и другие.

Гульмира Султанбаева уверена, что казахский язык почти наверняка не окажется под угрозой в смысле классификаций ЮНЕСКО, но рискует надолго застрять в положении "языка, которым все владеют, но не все пользуются" в ключевых сферах ― науке, части бизнеса и части цифровой среды. А для того, чтобы он и дальше благоприятно развивался, эксперт предлагает уже сейчас:

Наращивать цифровой корпус и расширять проекты вроде KazLLM и Национального словарного фонда до уровня, при котором казахский будет полноценно конкурентоспособен в ИИ-сервисах.

Развивать научно-техническую терминологию и учебную литературу, чтобы казахский был рабочим языком не только гуманитарных, но и точных наук.

Мониторить региональный разрыв целевых программ для северных и центральных регионов, где бытовое использование языка ниже.

Поддерживать языки меньшинств, чтобы укрепление казахского не создавало политических издержек внутри многонационального общества.

Стимулировать семейную передачу языка в городской среде. Так как именно межпоколенческая передача, а не рост формальной статистики владения, определяет судьбу языка в долгосрочной перспективе.

Что даёт изучение казахского и других языков? Колонка Зиры Наурызбай

Мы плохо знаем английский? Как в Казахстане изучают языки